Ядзюня, наверное, не знала, какую лихорадку ищет на свою рыжую голову. Подсобницей на кирпичные заводы ей не нравится там все же работа сезонная, на колхозную ферму, дояркой либо свинаркой, она также идти не хочет там неуютно, сыра и шибко грязно. Но кто сказал, что, став трактористкой, Ядзюня будет ходить в чистеньком ситцевом платье и в белых туфельках? Никто, безусловно, такой чуши не плел все же и сами видят, какие они мурзачы, эмтээсауския механизаторы, тем не менее слава местных трактористок Яни и Нины не дает спокойствия маласельским девчатам.

Пожалуй, в окружающих деревнях не нашлось путных парней, когда за руль «универсала» из железными зубчатыми колесами сели обычные вертихвостки, однако время от времени Яня и Нина наезжают в Малое Село вспарывают поле трохлемяховыми плугами или боронуют пашню, а чтобы люди не сомневались, что тут работают настоящие ударницы, начальник политотдела Большевик на радиаторы их трактора даже прицепил красный флажок. Столько той беды, что однажды, когда в трескучего «универсала» отвалилось заднее колесо, чумазые трактористки, не смогши взять его на болты, плакали над незначительной поломкой, как ребята. Ядзюня, когда пригодиться, также поплачет: ей бы только черный комбинезон, как в Яни и Нины, ей бы хотя денек подержаться за блестящий руль, и еще чтобы и красный флажок, на зависть шалопуту Ваньке Зайцу, трепетал перед глазами.

Я тебе покажу трахтарыстку, матолак! Захотела весь дом завонять? раскричалась Феодора Чыркун, когда услышала про безумное намерение своего рыжоцця. Омерзительная рюха, в мазуци исхудаешь, в салидоли заскорузнешь!